Ветра Триопетры

      Мы прилетели вечером, около половины восьмого. Улыбающаяся бортпроводница пригласила нас к выходу, и, несмотря на самый конец сентября и зябко дождливую морось, оставленную в Шереметьево всего четыре часа назад, мы шагнули в яркий, абсолютно летний, бархатно приморский вечер. Глянцево теплые, греющие ладони, перила трапа. Низкое яркое солнце, напоминающее о забытых дома темных очках.

Останавливаемся у входа в автобус, ожидая, пока последние пассажиры покинут лайнер. С удовольствием вдыхаем теплый, густой, хоть и с примесью паров керосина, но уже морской воздух.

Три минуты нетерпеливой очереди, загорелое улыбающееся лицо греческой таможенной службы, «Калиспэра», быстрый стук печатей об паспорта, «Ясос», ожидание у транспортерной ленты выдачи багажа, опять «Калиспэра», и, чуть позже, снова «Ясос» но уже у стойки проката машин.

Запихиваю чемоданы в багажник, регулирую под себя сиденье и рулевую колонку, давлю на кнопку пуска двигателя:

  - Дочь, там мой рюкзак на заднем сиденье, в нем Гармина, дай мне ее, пожалуйста, и крепление с сетевым шнуром тоже.

Гарминой мы называем наш старенький автомобильный GPS навигатор. Ему, вернее, ей, Гармине, уже, наверное, около десяти лет. В том, что она женского рода, у нас никогда не было никаких сомнений, голос у нее женский. Более того, у нее весьма странный акцент, напрочь игнорирующий падежи и склонения. А еще она очень смешно выговаривает названия улиц, абсолютно нелепо расставляя ударения. Так что, иноземное, непонятного происхождения имя, ей вполне подходит.

Гармина давно уже стала, если и не членом нашей семьи, то обязательным участником всех автомобильных путешествий по Европе. Она неплохо разбирается в картах, но в деле построения маршрутов, склонна к весьма оригинальной точке зрения.  При этом сварлива, упряма, а, время от времени, и вовсе коварна. В такие моменты, любимое ее занятие - отправить нас по какой-нибудь, совершенно не той, не проезжей, а то и вообще, ею самой только что придуманной дороге. Поэтому, в зависимости от ситуации, с ней можно поговорить, поспорить, а то и поругаться. В общем, не скучно. 

Конечно же, технически она давно устарела, и сегодня есть множество более современных девайсов и приложений. Но именно в ее памяти сохранены географические метки всех наших предыдущих путешествий. Вся Греция, часть Италии, Шотландия… Пляжи, отели,  замки, таверны, магазины, ущелья… К тому же, она женщина… Да и вообще, друзей не предают. В общем, куда-ж мы без нее.

Прошу Гармину определить и запомнить координаты прокатной парковки и найти ближайший супермаркет. Едем!

Довольно большой Карфур оказался всего в пятнадцати - двадцати минутах езды от аэропорта. Быстро справляемся с закупкой продуктов на ближайшие три - четыре дня: вода, сыр, маслины, йогурт, рецина, горный чай, мед… Наконец, перед нами разъезжаются створки автоматических дверей, и наша, порядком заполненная тележка, выезжает в стремительно упавшую, но уже очень темную южную ночь.

Пытаюсь объяснить новый, уже окончательный маршрут капризной иноземке, и, вдруг понимаю, что в автомобиле не работает розетка. А до супермаркета Гармина вела нас на своей старенькой батарее, израсходовав ее почти в ноль. 

Ситуация… 

Впереди больше ста километров ночной, временами, очень горной дороги. Второй розетки в данной комплектации автомобиля не предусмотрено. Портативную  USB батарею, я, конечно же, не успел зарядить перед вылетом, и теперь она болтается в рюкзаке абсолютно бесполезным грузом. Пытаюсь запустить альтернативный навигатор в смартфоне, который я не активировал с момента замены телефона. Безрезультатно. Карты недоступны, требуется обновление. Оно и понятно, дома было незачем, а перед поездкой не стал, понадеявшись на «испытанного проводника».

Бывают моменты, когда к тебе вдруг приходит понимание, и, даже, не побоюсь громкого  тезиса, мудрое осмысление присутствия в нашей жизни каких-то непонятных или незаметных в обыденной жизни мелочей. Именно с этим, как теперь принято говорить, инсайтом, мы бережно разложили на капоте бумажную карту Крита, казалось бы, непонятно зачем выданную нам в пункте проката, в наше бешеное, абсолютно цифровое время…

Тремя часами позже мы сидим на уютной кухне нашего временного жилища. Стол у окна, деревянные стулья с плетеными сиденьями, плита, духовка, холодильник, простенький гарнитур, настенные полки, заставленные посудой и банками с сыпучими продуктами и специями. На столе, крупные, красно-бурые помидоры, светло-зеленые  в сечении огурцы, с черным вкраплением крупно помолотого перца, молочно матовая, раскрошенная крупными кусками фета, слегка декорированная редкими вязкими каплями янтарного меда, кольца белого сладкого лука, черно-смоляные, чуть сморщенные маслины, рецина в небольших граненых стаканах. В распахнутое окно дерзко врывается теплый, но уже не жаркий ветер, теребит занавески, сметает со стола стопку салфеток, звенит декоративным медным колокольчиком в прихожей, скрипит приоткрытой  на выходе дверью.

Утолив голод, перебираемся на балкон, захватив с собой рецину и маслины. Поднимаем головы вверх и замираем, оглушенные глубиной бархатного от видимых звезд неба. Где-то слева, в абсолютной темноте, и, судя по звуку, недалеко, о камни разбиваются волны, шуршит, перекатываясь, галька. Пришедший с моря порыв ветра  сердито треплет кроны деревьев у подножья горы, разгоняется по склону вверх, завывая в камнях, ударяется о стену нашего небольшого убежища, тугой волной толкает в грудь,  надувает парусом рубашку на спине. Терпкая смолистость рецины, бархатные звезды, проходящий сквозь меня ветер,  пахнущий горными соцветиями и морской пеной,  делают с головой что-то невообразимое, вытесняя из сознания массу, еще минуту назад, казалось бы, почти неразрешимых проблем, сжимая их до мельчайшего мусора повседневной суеты, наполняя  сознание каким то близким к абсолютному значению спокойствием.

Полупроснувшись в ночи от звука нежданно доставленной сервисной СМС-ки, я отключаю звук и, с тягучим удовольствием, погружаюсь обратно в сон под убаюкивающее  завывание налетающих со стороны моря порывов. И, несмотря на крепкие стены уютной спальни,  физически чувствую проходящий сквозь меня, уносящий тревогу и усталость ветер…

Громкий стрекот цикад возвращает меня в сознание, я открываю глаза. Щели решетчатых ставень пронизывают яркие солнечные лучи, расчерчивая спальню косыми летними линиями. Ветер немного снизил свою интенсивность, но не ушел совсем. Где-то недалеко внизу разбиваются о камни волны. Гляжу на часы и понимаю, что мы проспали больше десяти часов.

Натягиваю шорты и футболку, иду на балкон. Солнце уже высоко, и уже прогретый им кафель приятно делится теплом с моими босыми ступнями. Цикады изо всех сил стараются заглушить плеск волн и шелест ветра. Теперь, при свете солнца, я, наконец-то могу разглядеть наше временное жилище и окрестный пейзаж.

Небольшой двухэтажный дом, стоящий на пологом склоне горы, отгороженный от более крутой и уже скалистой ее части, деревянным, почти в человеческий рост забором и неширокой  полосой асфальта, бегущей к пляжу. Наша квартира занимает весь второй этаж. Кухня, две спальни и, довольно просторный, квадратов в шесть, балкон - терраса.  Бегущая мимо дома дорога уходит чуть ниже и правее, и уже через полторы - две сотни метров  упирается в огромное,  глубоко фиолетовое, с белоснежными пенными бурунами море…

Южное побережье Крита удивительно комфортно для пляжного отдыха, особенно в конце сентября. Еще по летнему тепло, но уже не так знойно. Температура воздуха всего на два - три градуса превышает температуру воды. Вдоволь накупавшись, мы лежим метрах в трех от кромки воды, посередине огромного, протяженностью не менее километра, мелкогалечного пляжа, заканчивающегося с обеих сторон  каменными  выступами предгорий, уходящих в фиолетово прозрачную глубину чистейшего в этой части острова моря. Мы сознательно игнорируем шезлонги и зонты. Грех отказываться от бесплатного сеанса натуральной стоунотерапии. Раскрыв книжки, мы с удовольствием валяемся прямо на прогретой солнцем, почти горячей гальке, время от времени меняя место, если температура камней под телом становится менее комфортной. 

Вдоволь начитавшись и искупавшись еще раз, бредем пить кофе. Большая часть пляжа расчерчена длинными рядами шезлонгов, прячущихся в тени больших зонтов. На всем пляже кроме нас, наверное, не больше тридцати, максимум сорока человек, включая посетителей и официантов двух прибрежных таверн.

Мы выбираем ближнюю к дороге. Устраиваемся за уютным столиком, спрятанным в тени развесистой кроны огромной критской сосны, заказываем кофе по-гречески и свежевыжатый апельсиновый сок со льдом. Кофе оказывается божественным, и, мы с удовольствием, заказываем еще…

Ветер стих к концу пятого дня. К этому моменту он, каким то абсолютно ненавязчивым и гармоничным образом, успел усовершенствовать нашу способность к восприятию мира. Многое из того, что совсем недавно  было столь тревожащим и неразрешимым, сделалось вдруг мелочным и надуманным. При этом, важным стало то, что еще вчера,  казалось совершенно незаметным. К нам вернулась способность просыпаться в отличном настроении, не спешить и не суетиться, замечать и с интересом рассматривать прекрасные мелочи…

Следующим вечером мы отправились смотреть на закат.

Путеводители утверждают, что самые красивый греческий закат можно наблюдать  с северо-западного берега острова Санторини. Не буду спорить, это более, чем достойное зрелище. Вот только, чтобы насладиться оным, вам приходится либо стоять на набережной в  тесной толпе туристов, либо заранее бронировать крайний к берегу столик одного из, не спорю, весьма приятных, но уж очень, по Греческим меркам, дорогих ресторанов. 

Закатное шоу, показанное нам этим вечером, оказалось, как минимум, не менее живописным.

Закончив послеобеденное купание мы вернулись домой, приготовили ужин, отправили в холодильник бутылку местного сухого красного, и, не торопясь, побрели обратно к пляжу. Проходя мимо нашей любимой таверны, мы обратили внимание, что ближние к пляжу столики уже заняты. Нас это нисколько не расстроило, так как наш ужин был уже готов, вино охлаждалось, а места для просмотра мы себе присмотрели еще заранее. Причем, самые лучшие места. 

В самом конце пляжа, из воды выходит склон пологой скалы, уходящий куда-то вверх плоскими наклонными уступами. Будто исполинская лестница в небо, сооружения  здесь много веков назад сказочными великанами.

Одну из этих ступеней мы и присмотрели себе в качестве амфитеатра на этот вечер. Мы уютно устроились на широкой каменной плите, еще теплой после уже октябрьского, но еще жаркого Критского дня, наслаждаясь  состоянием практически абсолютного покоя и, поистине, волшебной игрой красок, закатывающегося за морской горизонт солнца. Вокруг нас, в радиусе, как минимум, двухсот метров, не было ни души. Мы сидели и думали, что наша короткая, всего недельная передышка, к сожалению, подходит к концу. Что время очень непостоянная, да и вообще, абсолютно относительная субстанция. Что всего за несколько дней и ночей, срывающимся с окрестных вершин ветрам, удалось сполна восстановить наши силы. А наша карта острова пополнилась несколькими новыми метками, обозначающими прекрасные пляжи, живописные ущелья, колоритнейшие деревни и вкуснейшие таверны. Что полученные за эту неделю впечатления еще долго будут греть нас теплым Критским солнцем в промозглой осенней Москве. И что все хорошее когда нибудь заканчивается  лишь для того, чтобы чуть позже начаться снова.

Долгопрудный. Ноябрь - Декабрь 2016

Критские зарисовки. Иллюстрация последняя. Какунемца.

Так получилось, что во время нашего недавнего Критского отдыха, в кулинарном словаре нашего семейства появился новый термин. А произошло это так.

Дня через три – четыре нашего проживания в гостинице, когда мы уже немного отоспались, пришли в себя, и вновь приобрели способность замечать что-либо вокруг, мы обратили внимание, что на высоком цоколе одного из двухэтажных строений, стоящего совсем рядом с нашим отелем, появились надписи, которых точно не было позапрошлым летом: Bakery, Breakfast, Rent Rooms. Более того, на веранде первого этажа появились столы, за которыми почти круглосуточно сидели что-то с удовольствием жующие люди. Скомпоновав все эти наблюдения в нехитрый логический вывод, мы поняли, что совсем рядом с нашим отелем открылась новая едальня. Тут же было решено как-нибудь позавтракать во вновь открывшемся заведении.

Сказано – сделано. На следующее утро, собираясь уже непомнюкудавдорогу, мы не стали тратить время на приготовление завтрака и мытье посуды, быстро собрали походный рюкзак и отправились в уже знакомом направлении.

Поднимаемся по ступенькам высокого цоколя. На веранде четыре больших обеденных стола. на каждой столешнице лежит ламинированный лист меню, прижатый от ветра плоским камнем-голышом. Три стола заняты, садимся за четвертый - угловой и самый уютный. Меню оказывается на-немецком. Не удивительно, так как за остальными столами, судя по речи, гости из Германии. Подходит хозяин заведения – седой высокий худощавый мужчина, лет около пятидесяти, явно не греческой внешности. Уточняет, не нужно ли принести англоязычное меню. По произношению понимаем, что дядька тоже немец, как и все окружающие. Делаем заказ.

Ради справедливости замечу, что кофе по-гречески у потомка Гете и Шиллера получается, конечно, не плохой, но пока еще, не самый греческий. Зато все остальное, что мы заказали, было приготовлено великолепно. Особенно мне понравилась яичница с помидорами, фетой и орегано, которую я себе выбрал. Она мне так запала в душу, что проснувшись следующим утром, я решил не отказывать себе в удовольствии кулинарной импровизации на эту тему.

- А что, милые барышни, не хотите ли на завтрак яичницу как у немца? – спросил я своих девчонок. Девчонки ответили утвердительно. Я порылся в холодильнике, немного скорректировал рецепт с учетом ингредиентов, оказавшихся в наличии, и приготовил свою версию. Без ложной скромности отмечу, что моя версия удалась, как минимум, не хуже.

Вот так и появилось в нашем семейном рационе новое блюдо – Какунемца. С тех пор, когда есть время и настроение, я и дома с удовольствием готовлю эту самую какунемцу. Мне и моим девчонкам очень нравится. Могу даже рецептом своей версии поделиться. Кому интересно – ловите!

Для приготовления Какунемцы на троих вам потребуется:

Пять – шесть яиц, один свежий лимон или лайм, грамм пятьдесят настоящей рассольной феты, греческое или испанское оливковое масло самого прямого отжима, один средний по размеру, но самый ароматный помидор, один маленький кабачок, один  болгарский перец. Перец, конечно, лучше брать настоящий, с запахом перца, а не тот бутафорский, что продают в наших супермаркетах. Кабачок, кстати, можно заменить свежим огурцом, будет не хуже. Плюс, конечно, соль по вкусу,  сушеный орегано, смесь «четыре перца» и зелень, кто какую любит. Мне, например, больше нравятся укроп, кинза и базилик.

Все овощи, режете кубиками и обжариваете на том самом прямого отжима масле, добавив соль и немного специй по вкусу. По готовности выкладываете на одну вторую блюда, на котором собираетесь подавать деликатес. Сверху овощей кладете нарезанную кубиками фету.

Яйца чуть взбиваете, чтобы растеклись желтки, только ни в коем случае не до однородного состояния, и, опять же, соль и специи по вкусу. Разогреваете на сковороде масло, вливаете яичную массу и сразу начинаете ее помешивать. Жарите минуту - полторы, непрерывно помешивая, до консистенции густого киселя. После чего выкладываете получившуюся массу на вторую часть того же блюда. Выдавливаете на все это великолепие сок лимона или лайма и посыпаете нарубленной зеленью.

Все! Какунемца готова! Можете подавать. Приятного аппетита!

Какунемца в уже домашнем исполнении

Долгопрудный. Август 2013.

Критские зарисовки. Иллюстрация пятая. Таверны.

                Греческие таверны это абсолютно отдельная и невероятно емкая тема, о которой, можно говорить бесконечно. Удивительно, что в России, как минимум, «в столицах», греческая кухня не очень представлена. Я, конечно, не являюсь серьезным ресторанным знатоком, тем не менее, я не знаю приличных греческих таверн в Москве. Раньше был довольно симпатичный ресторан «Греческая олива» на Большой Морской в Питере, но и он сейчас, говорят, трансформировался во что-то менее тематическое.

Но я сейчас не об этом. Я хочу рассказать о самых настоящих, греческих. За те пятнадцать дней, что я провел на Крите в этом году, мне посчастливилось побывать в нескольких очень симпатичных тавернах. Но среди них есть три, однозначно лидирующие.

Первая находится недалеко от очень симпатичного пляжа Трипити. К ней ведут только грунтовые дороги, поэтому, я бы не советовал ехать туда на очень городском автомобиле. Тем, же, кто не боится грунтовок, и для кого наличие в меню какого-нибудь «Дифлопе из палабы с семечками кациуса», признак, явно, отрицательный,   решительно рекомендую там побывать. Рекомендую, потому что действительно  стоит попробовать самую настоящую простую греческую еду, не адаптированную под туристов.

Попасть туда можно двумя путями.

Первый. От деревушки Василики едете по грунтовой дороге на Кротос – Лентос. Через полтора-два километра увидите вот такой указатель,

поворачиваете налево и едете до следующего.

Перед ним сворачиваете направо и метров через пятьдесят - семьдесят увидите дом с террасой, защищенный оградой из сетки от нашествия коз и овец. Это и есть таверна.

Второй путь. Едете от Лентоса по грунтовой дороге вдоль берега на восток. У пляжа Трипити сворачиваете налево и проезжаете прямо через ущелье Трипитис.

Пляж Трипити

Ущелье Трипитис

Потом немного вверх по грунтовому серпантину. Вам попадется развилка, где направо стоит указатель то ли на Коумасу, то ли на Капетаньяну, сейчас уже не помню. Туда не сворачиваете, держитесь левее до выше упомянутого указателя и поворачиваете налево.

Мы заехали туда после пляжа, в надежде найти в меню уже полюбившиеся нам греческие деликатесы. Хозяин – смуглый, среднего роста, крепкий грек с широкой искренней улыбкой вышел нас встречать прямо к машине.

Проходим, садимся за стол в тени террасы, обвитой виноградной лозой. К нам выходит хозяйка. Просим меню.

- У нас нет меню, - отвечает, широко улыбаясь.

Начинаем спрашивать уже полюбившиеся нам блюда.

- Дзадзыки?

- Нет Дзадзыки. Мы не покупаем йогурт. У нас нет холодильника, потому что нет электричества.

- Стифадо и что-нибудь из рыбы?

- Нет, рыбу и Стифадо сегодня не готовили. Мы не готовим много блюд, так как гостей не очень много. Зато все, что у нас есть очень свежее и натуральное. Мы готовим еду сразу и для себя и для гостей. Почти все, что мы готовим, мы делаем из продуктов, которые сами же и выращиваем.

- Фава?

- Тоже нет сегодня, зато сегодня есть тушеные красные бобы, кролик с пастой, жареный цыплёнок, жареные кабачки, Хорьятики…

В общем, мы заказали почти все меню, после чего остались чрезвычайно рады, что не поддались первому позыву ехать искать другое, более привычное, место для обеда. Нас накормили быстро, радушно, и необычайно вкусно!

Сначала нам подали тарелку с непривычно крупными бобами, тушеными с какими-то травами в томатном соусе и, вместо хлеба, сухари, слегка сбрызнутые водой. Я не очень люблю все фасолеобразное, но то, что мы ели, было просто потрясающе. Не буду пытаться описывать нашего восторга от остальных блюд, у меня все равно не получится.

Когда мы закончили трапезу и попросили счет, в качестве комплимента хозяин принес нам небольшой графинчик Раки собственного приготовления и несколько кусочков арбуза. Несмотря на отсутствие холодильника, и арбуз и Раки были прохладными, почти холодными. Я сделал небольшой глоток Раки. Это был действительно отменный продукт! До сих пор жалею, что не спросил, нельзя ли купить этого волшебного напитка «на вынос».

Хозяин попытался пополнить содержимое моей стопки, но я объяснил, что не могу себе позволить, так как я за рулем.

- Тогда ешь фрукты, - сказал он. После чего взял садовые ножницы, встал на стул и срезал гроздь винограда, висящую прямо над нашими головами. Потом помыл ее под струей воды, и выложил на тарелку перед нами.

Скажу честно, подниматься из-за стола и загружаться в машину после всего этого, было очень не просто. За этот более, чем обильный обед на троих мы заплатили двадцать пять евро, вместе с более, чем десяти процентными чаевыми.

Пока мы кушали, успели немного поговорить с владельцами таверны. Хозяйка довольно хорошо говорит по-английски, ее муж объясняется в основном самыми известными «международными» фразами и жестами.

Они живут там уже много лет. Причем, мои предположения, что это их «летнее жилье» и «летний бизнес» оказались ложными. Они живут там круглый год, зарабатывают хозяйством и таверной. Только представьте себе! Одинокий дом, затерянный в горах. В радиусе километров, как минимум, десяти вокруг которого нет абсолютно никакого жилья. Нет электричества, холодильника, телевизора… И они абсолютно не выглядят недовольными или обделенными. Они искренне улыбаются и могут себе позволить быть радушными и гостеприимными. Мне показалось, что они вполне счастливы. И еще мне показалось, что они по некоторым параметрам гораздо богаче нас. Я, конечно, сейчас не о материальном.

Еще в этой же  таверне мы познакомились с моим тезкой Костасом -  слегка чудаковатым и абсолютно не похожим на грека дядькой из Салоников. Метрах в пятидесяти от таверны он поставил прицеп-трейлер, который гордо называет, «Караваном», приладил к нему небольшую беседку и тоже обнес его забором-сеткой. Он приезжает на Крит летом, живет в своем «караване», колесит по острову на своем «Jimmy», и пытается популяризировать Критский туризм, по пути продавая гостям карты, путеводители, горный чай, специи и всякую другую всячину, пользующуюся спросом у туристов. С первого взгляда не похоже, чтобы этот бизнес был супер прибыльным, так как туристов в этой таверне бывает наверняка не много. С другой стороны, я, например, не могу позволить себе прожить все лето на Крите. В общем, надеюсь, что с профитом у Костаса полный порядок и желаю ему всяческих успехов и процветания.

Остров Костас знает, действительно, на отлично. Он отметил на нашей карте несколько мест, которые стоит посетить. В благодарность мы купили у него карту Крита, в отличие от нашей старой, очень подробную. И слава Богу¸ что купили, так как впоследствии она нас выручила не один раз.

Вторая таверна, о которой хочется сказать находится не пляже местечка под названием Трис Эклисиес. Мы приехали туда прогуляться по ущелью «Амба» и искупаться.

Вид на ущелье Амба

Прогулка по ущелью Амба

В результате, после достаточно активной первой половины дня, уже не шуточное чувство голода загнало нас в первую попавшуюся таверну. Случайный выбор оказался на редкость удачным. Во-первых, очень приятно было трапезничать прямо на берегу, в спасающей от полуденного зноя тени деревьев.

Таверна на пляже Трис Эклисиес

Во-вторых, нас накормили довольно быстро и очень вкусно. Ну а в-третьих, с моей точки зрения, очень не дорого. Все то, что вы видите на фото, плюс два довольно больших по объему апельсиновых «фреша» со льдом, плюс вторые полтора литра холодной воды в дорогу обошлись нам в двадцать пять с половиной евро. Согласитесь, три не всегда вкусных бизнес ланча в Москве иногда обходятся дороже.

Я, к сожалению, не запомнил название этой таверны, но найти ее очень легко. Если вы приедете в Трис Эклисиес, спускайтесь вниз до самого «кирпича». Машину можно оставить прямо там, мест для парковки там более, чем достаточно. Потом выходите на пляж и поворачиваете налево. Последняя по ходу движения таверна в тени деревьев – ваша.

Третья таверна очень туристическая. Оно и понятно, стоит она на обочине довольно популярного шоссе, по которому в сезон проезжает множество туристов. Обычно мы стараемся объезжать подобные «раскрученные» места стороной, особенно если замечаем вывеску на русском. В этот же раз нам настолько сильно хотелось есть, что решили рискнуть. Риск оказался оправданным. Встретили нас достаточно радушно, да и накормили, на удивление, очень вкусно.

Дзадзыки и Фава

Но есть и «ложечка дегтя». Ценник здесь, конечно, уже не такой, как в глубинке. Да и в счет, судя по финальной сумме, обслуживание включают сразу же. Но, если можете себе позволить сытный обед на троих на тридцать пять евро, останавливаетесь, будет вкусно.

Лентас - Долгопрудный. Август 2013.

Критские зарисовки. Иллюстрация третья. Средиземноморский рыбный суп.

Знаете ли вы как готовить средиземноморский рыбный суп?

Наверняка, в сети можно найти превеликое множество рецептов. Но в тот момент, когда мне захотелось сварить суп, интернета под рукой не было. Зато была только что пойманная рыба, кухонный уголок прибрежного отеля, достаточно свободного времени и вполне соответствующее настроение. Также было понимание, что из рыбы, только что пойманной в Ливийском море, будет как то не правильно варить ту самую уху, что обычно варят рыбаки на берегах Оби, Волги или Енисея.

Уха, сваренная на Крите из местной рыбы должна быть именно средиземноморской, решил я, и начал готовиться к приготовлению.

Результат моих трудов настолько превзошел мои ожидания, что я счел несправедливым оставлять его неразглашенным.

Заранее хочу оговориться, что все ингредиенты, перечисленные ниже, желательны, но, с моей точки зрения, не обязательны. Более того, я уверен, что весь нижеописанный процесс принесет вам гораздо больше удовольствия, если вы добавите в него немного творчества, и начнете менять составляющие по своему вкусу. В этом рецепте, главное соблюсти ритуал, а уж какие продукты вы будете использовать для приготовления и высвобождения творческой энергии – решайте сами.

Итак, прежде всего, вернувшись с рыбалки жарким средиземноморским днем, необходимо вернуть ясность мысли и настроиться на «местную волну». Вряд ли правильный рецепт сможет родиться в вашей перегретой жарким солнцем голове, в которой, к тому же, прочно застрял тот самый единственный известный вам рецепт русской ухи. Поэтому, прежде всего, нужно налить стаканчик заранее охлажденной Рецины, взять пару-тройку черных сморщенных маслин или отрезать небольшой кусочек домашнего сыра, и, присев на тенистом балконе, никуда не торопясь, привести в порядок мысли.

Когда стакан опустеет, не торопитесь наливать второй! Пока вы чистите рыбу, Рецина нагреется, и не будет столь хороша для процесса поддержания правильного творческого настроения.

Теперь хочу обратить ваше внимание на один очень важный момент. Для дальнейшего приготовления правильного греческого супа вам обязательно понадобится помощник. Точнее, как минимум, один помощник, это уж кому как нравится. Лично я предпочитаю небольшие компании, поэтому, когда мне помогают больше трех человек, чувствую себя менее комфортно.

Конечно же, после того, как рыба почищена, ее нужно положить в кастрюлю с водой, а кастрюлю поставить на плиту. Плиту при этом лучше включить. В ту же кастрюлю добавляем две - три очищенные и нарезанные кубиками картофелины, и две – три целых, предварительно очищенных луковицы, разрезанный на четыре – шесть частей крупный душистый помидор,  соль, розмарин и горошки всех перцев, какие есть под рукой.

Пока вы заканчиваете отправлять все ингредиенты в уже закипающую воду, задача вашего помощника – налить по второму стаканчику и приготовить несколько маслинок. Все должно быть готово к тому моменту, когда ваша профессиональная рука отправит в кипяток последнюю порцию нарезки и закроет крышку кастрюли.

Теперь самое время не торопясь посидеть в тени со вторым стаканчиком в руке. После этой процедуры очередной виток творческой энергии вас уже никак не обойдёт стороной, не сомневайтесь.

Как только стакан опустеет, мелко порубите укроп, петрушку и зеленый лучок, порежьте тонкой соломкой два зубчика чеснока, нарежьте полупрозрачными пластиками половинку небольшого лайма, каждый пластик разрежьте еще на четыре части. Приготовьте пять – шесть черных сморщенных маслин и налейте стопку напитка, который в разных странах люди называют по разному. Где-то он зовется ципуро, где-то ракия, где-то граппа, а где-то просто чача. Свойства же напитка не столько зависят от названия и местности, сколько от таланта производителя. 

И самое главное правило на этом этапе – поставьте налитую стопку на стол, пока это не для вас.

Теперь самый ответственный момент! Убедитесь что картошка и лук уже готовы, после чего, влейте в кастрюлю стопку вышеупомянутого крепкого напитка, добавьте пять – шесть кусочков лайма, маслины и чеснок, закройте крышкой и снимите кастрюлю с огня.

Пока вы проделываете все эти таинства, задача вашего помощника – приготовить стопки по количеству участников, как минимум, столько же маслин и, нарезанный тонкими пластиками лайм.  Потом наполнить стопки сильно охлажденным крепким напитком, тем самым, который добавляли в суп, и ждать вашей команды.

Если помощник толков и расторопен, все будет готово как раз к моменту освобождения ваших рук, поэтому, не теряйте время, командуйте, чокайтесь и пейте!

Самое главное в этот момент, никого, включая себя любимого,  не подпускать к супу, он еще не готов. Пока только лайм и маслинка! После чего можно позволить себе рассказать или выслушать короткую, но обязательно, приятную историю, минут на пять – семь, не больше.

И только после этого, разлейте суп по тарелкам, присыпьте зеленью, и не забудьте дать помощнику указания по поводу того же самого, или другого, на ваш выбор, напитка. Наиприятнейшего вам!!!

Средиземноморский рыбный суп в моем исполнении.

Лентос - Долгопрудный. Июль - Август 2013.

Критские зарисовки. Иллюстрация вторая. Рыбалка.

           Никогда бы не подумал, что на море можно рыбачить на простую поплавковую удочку.

Все началось с того, что в один из первых дней нашего отпуска, мы заметили каких-то мальчишек с удочками, сидящих на камнях под невысокой скалой с восточной части нашего пляжа. Чуть позже, в одном из минимаркетов нашей деревушки, мы обнаружили трехколеннные бамбуковые удилища, оснащенные всем необходимым для «поплавковой» рыбалки, которые, как выяснилось, еще и стоили сущие копейки.

Тут же было решено, что следующим утром мы отправляемся на рыбалку. Берем две удочки, подходим к кассе.

- На что собираетесь рыбачить? – спрашивает нас хозяйка магазина.

Честно говоря, вопрос поставил меня в тупик. Перспектива копки червей в сухой каменистой почве явно не казалась  заманчивой. А чтобы рыбачить на живца, его нужно сначала как-то поймать…

- Не знаем, - говорим, - Наверное, на хлеб.

- Можно и на хлеб, - говорит, - только в этом случае надежды поймать серьезную рыбу будет меньше. Подождите-ка минутку.

Встает из-за кассы и минуты на две исчезает где-то в недрах подсобного помещения.

- This is without money! Желаю вам завтра приготовить самую вкусную рыбу, – говорит она и протягивает нам какой то пакет.

Сердечно благодарим, забираем, пакет и свои покупки и отправляемся в гостиницу. По дороге выясняем, что в пакете лежат большая булка хлеба и пакетик креветок без панциря.

В половине седьмого мы были уже на камнях. Ветра почти нет,  солнце только-только начинает подниматься из-за горы. Очень красиво и пока еще не жарко.

 Закидываем удочки. Я с сомнением смотрю на прыгающие на небольшой волне поплавки. Минут десять не клюет совсем, и идея рыбалки начинает казаться совсем безнадежной. Вдруг, поплавок моей удочки стремительно уходит под воду на какую-то невообразимую глубину, леска натягивается, я поднимаю удилище выше и чувствую, как на том конце снасти кто-то мощно сопротивляется. Удилище выгибается дугой. В моей голове лихорадочно проносится целый вихрь опасений: леска тонкая, или обкусит или порвет…, у нас нет подсака, когда буду тащить этого зверя на камень, сорвется и уйдет… выдержало бы удилище…

То ли я слишком давно не рыбачил, то ли морская рыба сопротивляется более отчаянно, но когда мне, наконец удалось вытянуть рыбу из воды, я был очень удивлен. На крючке отчаянно трепыхалась рыбка, сантиметров восьми в длину, очень похожая на нашего речного ерша. Только чуть пошире.

У каждого свой стиль рыбалки.

Первая рыбка

С этого момента поклевка начиналась практически сразу после того, как крючок с кусочком креветки уходил под воду, так что за два часа нашей рыбалки, мы скормили рыбам изрядное количество креветок. Поймали, правда, не так уж много. Еще три такие же рыбешки, как первая, плюс приблизительно такая же по размеру Дорадка. Самая же большая рыбацкая удача досталось Дарьюхе. Она вытянула такого же ерша, только уже вполне приличного размера. Этот зверь, в результате, сломал-таки самую тонкую часть Дахиного удилища, так что рыбалку заканчивали уже одной удочкой.

Из добычи я сварил средизимноморский рыбный суп, которым мы с превеликим удовольствием и пообедали прямо в тот же день.

Лентас - Долгопрудный. Июль - Август 2013.

Критские зарисовки. Иллюстрация первая.

Откровение.

Господи, как же здесь хорошо! Как же я люблю эту благословенную землю! Я не был здесь два года, и сейчас, вернувшись, почему то чувствую себя блудным сыном, наконец-то возвратившимся в любящий родительский дом.

Я умышленно не буду раскрывать своего точного местонахождения. Кому действительно интересно, спрашивайте, отвечу. В целом же, я эгоистично не хочу усиливать поток туристов в один из своих любимейших уголков мира. Несмотря на трудные серпантинные перевалы и отсутствие звезд на фасадах отелей, цепкие щупальца цивилизации итак слишком стремительно вползают все дальше и дальше на юг Крита. К моему великому  сожалению, этот процесс уже невозможно остановить, но усиливать его я тоже не хочу.

Предвкушение.

Я сижу в простеньком парусиновом шезлонге на балконе своего номера одного из небольших апарт-отелей южного побережья Крита. Безумная и бессонная ночь переездов и перелетов, слава Богу, осталась позади. Еще не распакованы чемоданы и не разобраны вещи, но я уже добрался до места, о котором так долго мечтал. Я наконец то достиг той самой точки, координаты которой  можно одновременно измерять в единицах как пространства так и времени. Той самой точки, в которой хочется замереть и хотя бы ненадолго остановить время. В которой уже можно позволить себе никуда не торопиться. Просто сидеть и смотреть вдаль, где в жарком мареве июльского греческого дня уже окончательно расплавился горизонт. Где небо и море уже слились в единое полотно, на котором гениальной кистью творца заданы самые совершенные цвета и пропорции.

Полотно уходит вдаль прямо над перилами моего балкона. Его ближний край светло синий, с чуть желтоватым оттенком в тех местах, где скалистое дно поднимается близко к поверхности моря, обрамленного с боков в светло-коричневую, с охрой выгоревшей травы раму прибрежных гор. Дальше от берега, с нарастанием глубины синева густеет и переходит в легкий фиолет, гениально декорированный контрастными белоснежными мазками пенных барашков. Еще дальше, белый уже не так различим и не так контрастен, пенные мазки полностью растворяются в синеве, снижая ее интенсивность. Еще дальше, и уже чуть выше еле угадываемой линии горизонта, темные тона исчезают совсем, синева наполняется ярким солнечным светом и превращается в пронзительно прозрачное летнее небо.

                Перекрытие балкона надо мной и зеленая, с желтыми цветами, стена какого-то кустарника за спиной создают приятную тень. Слева с горы приходит сухой горько-травный и немного смолистый ветер. Хор цикад мастерски  вплетает свою песню в шум прибоя.

У меня в руке стакан, наполненный Рециной. Я делаю небольшой глоток и с удовольствием задерживаю во рту прохладный смолистый эликсир на несколько секунд. Бодрящий ветер, терпкий вкус вина, прозрачное солнечное небо, нагретая парусина шезлонга и удивительная панорама впереди, прогоняют усталость и возвращают силы.  На часах без четверти три. Впереди еще половина сегодняшнего дня плюс четырнадцать следующих, кажущихся из этой точки целой вечностью.

Меня накрывает полнейшим покоем и предвкушением приближающегося чуда, которое обязательно произойдет в эти ближайшие четырнадцать дней. Произойдет, потому что так бывает каждый раз, когда мне удается сюда приехать. Произойдет, потому что в походном рюкзаке моей дочери лежит тетрадка с целым списком диких ущелий, труднодоступных пляжей, действительно и по-настоящему умиротворяющих древних монастырей, и многих других мест, которые очень хочется посетить за эти предстоящие две недели. Потому что на парковке в двадцати метрах за моей спиной ждет арендованный на это время «Suzuki Jimmy» в полной боеготовности, и потому что в каких-то ста метрах впереди и чуть внизу нас ждет замечательный тихий пляж и ласковая прохлада Ливийского моря. Потому что в деревушке, где я поселился, есть десяток таверн, в которых так умеют готовить еду и варить кофе, как, наверное, не умеют больше нигде в мире.

                И это все обязательно будет, но будет чуть позже. А пока можно счастливо и медленно сидеть на старой нагретой солнцем парусине, смотреть вдаль и физически чувствовать, как с каждым вздохом, взглядом и глотком, заряжаются твои уже не на шутку потраченные батарейки.





Тот самый "Коралловый Самсонайт"

Одно из самых лучших мест на земле.

Наш замечательный отель.

Поистине королевский балкон нашего номера.

Lentas

Чистейшая вода Ливийского моря

Ущелье Амба. Вид с верхней точки.

Наш "боевой конь"

Лентас - Долгопрудный. Июль - Август 2013.