Венеция.

По-моему, еще в дошкольном детстве я узнал, что где-то в далекой Италии есть город под названием Венеция. На протяжении последующих лет, время от времени, приходила еще какая-то информация. Попадались фотографии очаровательных городских пейзажей, фильмы, снятые в Венеции. Я что-то читал. Гораздо позже, начали встречаться люди, что-то рассказывающие.  Я знал, что дома здесь стоят практически на воде и понимал, кто такие гондольеры. В моем сознании рисовался некий город, который,  конечно же, содержал в себе все мною увиденные фото и кино фрагменты, но в остальном, дорисовывался деталями, виденными мною в других местах.

Но в том то все и дело, что раньше я не встречал ничего подобного этому удивительному месту. Нигде и никогда. Поэтому, мои представления о Венеции очень сильно отличались от того, что я наконец то увидел…

Мы прибыли в Венецию на поезде.

Последние десять - пятнадцать минут перед конечной станцией экспресс шел по мосту над морем. В общем, в этом еще не было ничего особенно удивительного. Вокзал, на который мы прибыли, тоже не удивил. Он практически не отличался от тех европейских вокзалов, на которых мне посчастливилось бывать раньше. Довольно чистый, без отвратительных запахов и маргинальных личностей, снабженный всеми необходимыми удобствами, с адекватными, не завышенными, только потому что вокзал, ценниками.

Выходим на улицу и останавливаемся. Что-то не так. Не как обычно. Силюсь понять, что именно, всматриваюсь внимательнее.

Высокое крыльцо вокзала, небольшая привокзальная площадь – она же набережная. Несколько крытых дебаркадеров - пристаней и, чуть левее мост на противоположный берег. Вода за площадью на первый взгляд очень похожа на самую обыкновенную реку, и в том, что вокзал стоит на берегу, реки, в общем, тоже нет ничего удивительного.

Значит, причина не только в этом. Чего то явно не достает в окружающем пространстве. Может, таксистов? Согласитесь, это как-то не нормально, вокзал без таксистов. Они же, как тараканы, способны приспособиться к любым условиям и пережить любой катаклизм...

Минутой позже приходит понимание основной причины несоответствия. Нет наземного транспорта. Совсем. Нет, автомобилей, трамваев, автобусов… Даже велосипедов.

 Решаем, как добраться до отеля.  Вариантов не так уж много.

Смотрим на карту. Кажется, что отель не так уж и далеко. Решаем идти пешком. Выходим на мост, осматриваемся по сторонам, и, слава Богу, отметаем этот вариант.

Думаю, мы бы очень долго катали наш чемодан по мощеному булыжником лабиринту узких улиц и мостов. Мы бы обязательно заблудились. Причем, не один раз. И причина не в том, что кто-то из нас страдает топографическим кретинизмом, совсем нет. Просто, если кто-то вам говорит, что гуляя по Венеции, ни разу не заблудился, знайте, этот кто-то лжет.

Мы выбрали городской общественный транспорт - vaporetto, о чем впоследствии не пожалели ни разу. Очень удобно. Небольшие теплоходы бегают от остановки до остановки, связываясь в несколько маршрутов, охватывающих все районы города, включая отдалённые. Быстро и четко по расписанию. Транспорт не дешевый, но альтернатив бюджетнее в этом городе просто нет.

Час vaporetto стоит семь евро. Есть проездные на более длительный срок. Сутки обойдутся вам в двадцать евро, двое суток в тридцать. Мы покупали трое суток за тридцать пять. В стоимость проездного входит перемещение с одним местом багажа  на vaporetto любого маршрута, плюс проезд на наземных городских автобусах, которые встречаются на некоторых островах, например на Lido.

На острове Lido

Такси в центральной части Венеции, как выяснилось позже, есть, но тоже водное.  Цену я узнавать не стал. Уверен, очень не дешево.

Потом, уже с борта  vaporetto, я не без удивления рассматривал окружающую меня непривычную действительность. Справа и слева прямо из воды, без всяких тротуаров и набережных росли дома. Когда я смотрел вперед, я видел неширокие улочки, уходящие вглубь жилых кварталов по обе стороны гранд канала. Подплывая ближе, я с удивлением осознавал, что большинство из этих улиц тоже каналы, только узкие.

Потом мы вышли на Sant’Angelo и погрузились в фантастическое  хитросплетение улиц, набережных и мостов. Гигантский лабиринт, созданный видимо, абсолютно хаотично, без какого то ни было предварительного планирования, но при этом гениально декорированный. Почти безупречное сочетание цвета. Почти полная гармония форм. Мокро-темные булыжники мостовой, отражают низкие тучи, литье чугунных фонарей и, усиленную дождем пастель стен. Отражения в лужах и каналах настолько реалистичны, что только расходящиеся от падающих капель дождя круги мешают принять мир отражений за еще одну действительность.

Миллионы карнавальных масок постоянно следят за тобой из бесконечных витрин сувенирных магазинов. Тысячи изделий  венецианских стеклодувов наполняют вечерний сумрак восхитительной игрой света. Поразительно странный город. Город не для жизни. Удивительно красивый, но не реальный. Наверное, я еще нигде не ощущал себя настолько не в своем измерении и не в своем времени. А точнее, вне времени вообще.

Только имена громких брендов на вывесках и туристы с современными гаджетами не дают городу уйти в свое вечное прошлое прямо сейчас. Но этот процесс уже необратим. Прошлое не отступает и поглощает этот город все больше и больше. Легкие кружева вечной плесени разрастаются по стенам, оплетая дома, причалы, перила мостов. Вековая сырость растворена в воздухе. Тысячи тайн хранят эти дома. Эти стены помнят, как порочная роскошь вытравливалась страшной чумой и как пост болезненная бледность снова перерастала в кричащее излишество. Миллионы подошв оставили свои следы на камнях мостовых. Мощнейшая энергетика прошлого просто не дает смотреть в будущее. Очень странный город. Я бы точно не смог здесь жить. Странные сны снятся в этом городе. Странные мысли приходят. Вероломно, не спрашивая, рывком и без стука открывая дверь. И потом , также вдруг, уходят настолько стремительно, что ты уже и вспомнить не можешь всех деталей, рассказанных ими... Город - призрак, город - мираж, город - воронка...

А еще, это город дождя. Дождь очень идет этому пространству. Думаю, это лучшая погода для того, чтобы увидеть Венецию такой, какая она есть на самом деле.

Несколько советов посетителям Венеции.

Мы провели в этом городе двое с небольшим суток. Этого времени как раз достаточно, чтобы познакомиться с городом и не пресытить себя этим знакомством.

Я решительно рекомендую покупать проездной vaporetto на все время пребывания в Венеции, это очень удобно. Кроме того, что вы существенно сокращаете время перемещения до точки назначения, вы получаете еще несколько преимуществ. Вы решаете проблему переправы на другой берег гранд канала практически в любом месте. Вы можете выйти к любой ближайшей остановке, зайти на борт и вернуть себе ориентацию в пространстве, если вы заблудились. Вы сможете посмотреть на город с очень выгодной позиции, то есть с воды, не пользуясь непомерно дорогими услугами гондольеров. Вы имеете возможность побывать на любом острове города. Плюс, вы можете сэкономить на стоимости жилья. При наличии проездного вам абсолютно не обязательно селиться в центре. Просто при выборе гостиницы старайтесь найти вариант рядом с остановкой vaparetto.

Хотя в центре острова жить тоже очень приятно. Мы жили в отеле Palazzo Minelli, расположенном в старом здании между Sant’ Angelo  и San Marco. Чудесный B&B отель. Просторная комната, мебель под старину, окна, выходящие на канал, и прекрасный завтрак. Свежайшие круассаны и ароматный кофе по утрам нам подавали прямо в номер.

Несмотря на завтрак, подаваемый практически в каждой гостинице, здесь нужно обязательно заходить в кофейни. Их очень много, они все чем то похожи, и, в то же время, очень разные. Ну где еще, как не в Италии, вы сможете найти такой очаровательный кофе всего за один – два евро?

Очень рекомендую прийти на Сан Марко рано утром. Здесь обязательно нужно встретить хотя бы один рассвет. Это лучшее время для посещения площади. Туристов еще совсем нет. Очень тихо, легкий туман. Рассветает, и все вокруг меняется прямо на глазах. Цвета становятся ярче и насыщеннее. Великолепный спектакль.

В районе двенадцати дня нужно обязательно перекусить в какой-нибудь забегаловке рядом с рынком Rialto.

Там вокруг очень много туристических заведений, но это все не то. Нужно просто постоять и понаблюдать, куда идут местные, пропустить свой предобеденный стаканчик, и, не сомневаясь пойти за ними. Если сделаете правильный выбор, попадете в довольно тесную, но удивительно колоритную рюмочную, с каким-нибудь харизматичным итальянцем,  владельцем, барменом и активным участником всех разговоров и дискуссий  в одном лице. Где в дождливый зимний день так приятно согреться стаканчиком граппы или бокалом очаровательного итальянского сухого, закусывая, например, недавно пойманными жареными осьминожками…

И, напоследок, несколько, в том числе и постановочных фотографий, сделанных Дарьей, моей дочерью, во время нашего венецианского путешествия.

И еще несколько разоблачительных, со стороны…

Так рождается искусство

Фотоохота на чайку

Та самая чайка

Венеция - Римини - Долгопрудный. Январь 2014.

Еще раз о Бари

Наверное, я всегда буду приезжать сюда с удовольствием. По крайней мере, второе посещение этого замечательного городка укрепило мысль о том, что сюда хотелось бы возвращаться снова и снова.

Бари не разочаровал ни капли.

Все те же милейшие старо узкие, мощеные светлым камнем улочки, отшлифованные миллионами подошв до глянца. И в них все так же легко и так же приятно заблуждаться. Вернее даже не так. В старом Бари не нужно идти куда-то. Нужно просто идти. Не спеша, наслаждаясь, бездумно сворачивая туда, куда захотелось свернуть. Старые улицы сами приведут вас туда, куда вам действительно надо…

Все тот же чуть солоноватый приморский воздух воздух, все та же спокойная набережная, все те же очаровательные кофейни и ресторанчики...

1 января в Итальянском Бари

Базилика Святого Николая в Бари

Обо всем этом я уже писал, повторяться не хочется. Тем более, что передать всю прелесть этого места словами и фотографиями у меня все равно не получится.

Поэтому, я просто очень надеюсь, что этот город будет позволять мне время от времени приезжать. Без лишних слов и церемоний, но с величайшим удовольствием, как приезжают к старому другу.

Тем же, кто не был в Бари, но собирается его посетить, рекомендую сделать это зимой, в не самый высокий туристический сезон.  

Мы останавливались в отеле Julia. Вполне приемлемый бюджетный вариант с твердыми двумя звездами. Отличное местоположение. Удобные чистые и даже просторные номера. Большой супермаркет в первом этаже. Единственное замечание - на хороший завтрак можете не рассчитывать. Хотя, уровню двух звезд он вполне соответствует.

Если поедете на Новый год, имейте в виду, что вечером тридцать первого декабря и целый день первого января в центре Бари закрыты почти все продуктовые магазины и почти все кафе и рестораны. Будет работать только маленький продуктовый магазинчик напротив университета, выбор продуктов в котором, прямо скажем, невелик. Если же захотите в это время где то пообедать или поужинать, бронируйте места заранее. Жизнь в городе возвращается в нормальное русло только второго января.

Еще в Бари нужно обязательно попробовать кофе, которого не варят в северной Италии. По крайней мере, после Бари мы не смогли его найти ни в Венеции, ни в Римини. Он называется эспрессино.

Эспрессино

Бари – Анталия. Январь 2014.

Речной рабочий.

Была в советском «кодексе о рангах» такая профессия, «Речной рабочий». Уж не знаю, дожила ли она до наших дней, но, уверен, что не очень много жителей нашей необъятной  могут похвастать подобной записью в своей трудовой книжке. Более того, наверняка, очень немного людей в принципе слышали о такой специальности.

Так вот, речными рабочими назывались или называются люди, обеспечивающие проведение водных и подводно-технических работ с берега, в том числе, конечно, и работу водолазов. Именно таким водолазным жизнеобеспеченцем мне и посчастливилось поработать в течение, наверное, двух или трех лет. За это время мне пришлось научиться многим смежным функциям. Я контролировал работу воздушной помпы, следил, чтобы воздушный шланг и кабель-сигнал, не перепутались и не зацепились за что-нибудь, поддерживал связь с водолазом по специальному переговорному устройству, продалбливал пешней огромные проруби в метровом сибирском льду. Я помогал водолазам одеть и снять их не очень легкое в обращении «платье», и выполнял еще очень много надводных и, как правило, довольно тяжелых физических активностей, без исполнения которых, эта самая «подводно-техническая деятельность» так и осталась бы неосуществленной. 

Согласитесь, водолаз – специальность довольно экзотическая. Допускаю, что в приморских городах это не совсем так. Там, возможно, никто не удивляется, встречая копошащихся на берегу странных зеленых существ, похожих на гигантских жаб с медной головой. В Сибири же, где я тогда жил, каждый спуск, проходивший в каком-нибудь открытом для посторонних глаз месте, всегда собирал вокруг толпу зевак. В такие моменты я, конечно же, гордился своей сопричастностью к этой самой экзотике. Мне тогда было лет двадцать пять, не больше, и я, время от времени, вполне серьезно задумывался о поступлении в Воронежское водолазное училище.  Задумывался, пока не произошел этот довольно забавный эпизод, вследствие которого, я стал искать более достойный способ реализации себя в будущем.

Тогда же мне очень хотелось самому испытать, каково оно там под водой? Нет, конечно, по рассказам своих коллег я знал, каково, но знал чисто теоретически. Я знал, что «рубаха» довольно тяжелая и сильно сковывает движения. Что «калоши» и «груза» весят суммарно порядка сорока килограммов. Знал, что под водой довольно холодно, неуютно и чаще всего темно, особенно, если работаешь под толстым сибирским льдом в мутной речной воде. Знал, что «костюмчик» не всегда герметичен и иногда подтекает. Что иногда, после долгой работы, у водолазов, не надевших под шлем шапочку, бывает мозоль на голове, так как именно головой им приходится постоянно давить на клапан для стравливания лишнего воздуха.

Тем не менее, романтика экзотической мужской профессии влекла. Плюс, я знал, что желание побыть в «шкуре водолаза» вполне осуществимо. Что в любом водолазном отряде можно договориться с коллегами, и они с удовольствием устроят тебе экскурсионное погружение за умеренную плату. Причем, насколько я знаю, стоимость аттракциона во всех водолазных отрядах бывшего СССР была универсальной – литр водки.

С середины мая наша бригада работала на очередном объекте - городском водозаборе. То есть, в том месте, где город берет из реки воду для своих водопроводных нужд. Понятно, любой водозабор начинается с очень мощных насосов, перед которыми стоят прочные металлические решетки, защищающие насосы от всякого мусора. Эту решетку время от времени приходится чистить, так как мощное течение притягивает к ней разный плавучий или уже затонувший мусор: бревна, коряги, обломки каких-то деревянных конструкций, и другой иногда совсем не предсказуемый хлам. Наша задача как раз и заключалась в чистке этих решеток.

Было уже по-летнему тепло, хотя вода в Оби была еще холодной. Стояли длинные, яркие солнечные дни. Работать у воды на свежем воздухе было очень приятно. Площадка, где мы базировались со всем своим оборудованием, находилась как раз над каналом водозабора, метрах в десяти над кромкой высокой весенней воды. Технологически, наша работа была предельно проста. Прежде всего, конечно, отключался один из насосов. Мы одевали водолаза, усаживали его в специальную «беседку» -  специально для этого сваренную стальную клетку приблизительно, два на полтора метра в периметре и метра два в высоту. После этого мы подвешивали беседку на крюк кран-балки и опускали беседку на дно. Там водолаз выходил, с трудом отковыривал уже крепко вросшийся в решетку хлам, и складывал его в беседку. Часа через полтора – два мы поднимали беседку вместе с мусором и водолазом, разгружали ее наверху, и запускали следующего водолаза…

Спускать водолаза в воду нужно было поэтапно, чтобы он успел «стравить» лишний воздух из под своего обмундирования. То есть, нужно было жать кнопку «майна» на пульте управления кран-балки до тех пор, пока водолаз не окажется в воде приблизительно по пояс. Нижняя часть «рубахи» обжималась водой, воздух уходил в верхнюю часть и немного приподнимал шлем.  Водолаз нажимал головой на клапан в шлеме, лишний воздух выходил в атмосферу, шлем опять опускался на место, после чего, водолаз говорил через специальное переговорное устройство, именуемое в быту просто «телефон», короткое слово «обжался». «Майна» снова нажималась, опуская его еще сантиметров на тридцать. После очередного «обжатия» ритуал повторялся вновь. Быстрее опускать было нельзя, так как при слишком быстром погружении в воду, воздух резко перемещается в верхнюю часть снаряжения и чрезмерно поднимает шлем, делая недосягаемым воздушный клапан. Дальше все может произойти быстро и довольно трагично. Помпа продолжает гнать воздух внутрь снаряжения, «рубаху» раздувает, потом она рвется. И. если, к тому моменту водолаз еще находится в воде, не факт, что вы успеваете его спасти.

Работа на водозаборе подходила к концу. Нам оставалось очистить решетку последнего насоса. Настали первые июньские дни, нам выплатили зарплату за май. Естественно, следующим утром я появился на «объекте» с сумкой, вмещающей в себе плату, как минимум, за полтора спуска.

- Ну что, Костик, привез? – спросил меня водолаз по прозвищу «Бабка». Его звали Семен, но абсолютно все вокруг, включая руководство нашего кооператива, называли его не иначе как «Бабка». Я сначала даже думал, что это его фамилия. Позже узнал, что свою кличку он получил из-за своей интенсивной и очень ранней седины. Семен был громким, непоседливым и крайне циничным балагуром лет тридцати – тридцати пяти, чуть выше среднего роста, худощавого, но очень жилистого телосложения. Его голова, действительно, была почти белой. Кроме того, давным-давно, в какой-то драке, он потерял пять или шесть передних зубов, на месте которых золотом  сияли вставные.

Я не успел ничего ответить на его вопрос, так как случайно зацепился своей сумкой за маховик помпы. Бутылки в сумке слегка звякнули.

- Две так не звенят, а одна звенеть вообще не может, - радостно осклабился Бабка золотым ртом - Тогда наливай!

- Я тебе покажу «наливай»! - ругнулся Витя, наш бригадир, - Сначала работа, потом гуляем, забыли что ли?»

Мы начали готовить снаряжение. Дообеденный спуск был Бабкин. Мы быстро помогли ему одеться, усадили в беседку и отправили вниз. Сеня исправно пускал пузыри больше двух часов. Из переговорного устройства отчетливо доносилось его ровное сопение, обрывки каких-то смешных, но очень неприличных частушек и просьбы не начинать пить, пока он под водой.

Пока Бабка мутил воду, Виктор с нашим водителем и еще одним водолазом собрали часть уже не нужного на этом объекте снаряжения, и начали грузить его в ЗИЛ, чтобы увезти на следующий объект. Я остался дежурить у помпы и «телефона». Еще один речной рабочий – рыжий как огонь Валерка, взялся скручивать запасные шланги и кабели.

- Мы быстро, - сказал Витя, усаживаясь в кабину ЗИЛа, - Съездим,  разгрузим, заберем оттуда Геннадия с дядей Колей, часа через два вернемся, тогда все вместе и пообедаем. Костя, ты только Бабке с Валеркой не наливай, пока они твой спуск не отработают. Да и вообще, лучше нас дождись со спуском.

Минут через двадцать Бабка доложил, что решетка последнего насоса девственно чиста. Мы с Валерой подняли его, помогли скинуть снаряжение и повыкидывали из беседки мусор, который Семен снял с решетки.

- Давай, Костик, по махонькой, а то я там замерз внизу, - сказал Бабка, выпуская струю дыма из под своих золотых зубов.

- Сеня, давай я сначала схожу, а потом уже и выпьем.

- Так ты сейчас и не пей. Мы с Валеркой примем по пятьдесят и больше не будем. А ты пойдешь нырять, как и полагается, абсолютно трезвый. Да и время уже почти обеденное, жрать охота. Давай, давай, а то я уработался, до обеда не доживу.

И тут я допустил ошибку. Я наивно решил, что «один раз по пятьдесят» действительно не навредит, достал одну бутылку, а сам увлекся подготовкой снаряжения для своего же спуска.

Опомнился я, когда осознал, что Бабка с Валерой заговорили, как то, непривычно громко. Я подошел к рундуку, который мы обычно использовали в качестве обеденного стола, и с удивлением обнаружил, что одна бутылка уже пуста.

- Ну что, Костик, пора, - весело сказал Бабка.

- Блин, Семен, ты же обещал по пятьдесят и все…

- Да ладно, не боись, что нам с Валеркой, здоровым мужикам, зипурек на двоих… Смехота! Пошли одеваться.

Я остановился в нерешительности. Мой разум говорил мне, что лучше дождаться Виктора с Генкой и дядей Колей. Но я был слишком молод, и мне очень не хотелось показывать, что я боюсь. А я и правда, боялся.

автор иллюстраций Светлана Лехт

И вот я уже сижу в беседке, облаченный в «рубаху», «груза» и «калоши». Бабка с Валерой затягивают последние «барашки» на блестящей латунью двенадцати болтовой манишке. Рядом лежит такой же блестящий шлем, издающий легкое шипение поступающего в него воздуха.

- Ну все, порядок! - хлопнул меня по плечу Бабка

- Семен, ты хоть не дыши на меня! Я же сейчас опьянею! – сказал я в надежде спрятать за шуткой свой внутренний мандраж.

- Валерка, подай котелок, будем закупоривать!

- Сеня, только опускай потихоньку, чтобы я успел обжаться…

- Не боись, не в первый раз замужем! – сказал Бабка, надевая шлем на мою голову.

В следующий момент шлем плотно навинтился на горловину манишки. В то же мгновение исчезли все внешние звуки. Больше не пели птицы и не гудели насосы водозабора. Я слышал только шипение воздуха, поступающего в шлем, стук собственного сердца и фоновое жужжание динамика «телефона». Было страшно. Я пытался себя успокоить. До этого момента я много раз прокручивал в своем воображении будущий спуск. Я не должен бояться! Ерунда какая! Я должен был смело улыбнуться через иллюминатор, показать коллегам сжатый кулак с вытянутым вверх большим пальцем и браво сказать им что-то вроде гагаринского «поехали». Но я не мог предусмотреть такой моментальной звукоизоляции. Я не думал заранее об этом монотонном шипении, биении сердца и чуть потрескивающем жужжании…

автор иллюстраций Светлана Лехт

-Как дела, Костик? Воздух трави! – услышал я в динамике Бабкин голос, сильно искаженный довоенными технологиями.

Я надавил головой на кнопку воздушного клапана, убедился в его исправной работе. Затем заставил себя улыбнуться в иллюминатор и показать коллегам кулак с вытянутым вверх большим пальцем.

- Майна помалу! – выдавил я из себя как можно бодрее.

В следующий момент беседка вздрогнула и чуть приподнялась. Затем она медленно поползла в сторону открытого над насосным каналом люка. Я вцепился негнущимися в толстой резине руками за прутья решетки и на миг снова почувствовал себя десятилетним пацаном, впервые усевшимся в вагонетку «Американских горок» в чешском «Лунапарке».

Потом, на какую-то долю секунды беседка остановилась, вздрогнула, и пошла вниз. Я повернул голову и через боковой маленький иллюминатор увидел отражение полуденного солнца в золотых зубах Семена. Он отчаянно давил на кнопку пульта управления кран-балки, улыбаясь во весь рот.

Беседка опускалась с максимальной скоростью, на которую была способна. Вода приближалась достаточно быстро. Прошло еще несколько секунд, и я почувствовал, что резина «рубахи» плотно обжимает мои ноги.

- Сеня, дай обжаться!

автор иллюстраций Светлана Лехт

Ответа не последовало. Скорость движения не изменилась. В следующий момент я осознал, что «рубаха» обжимает меня уже в районе еще существовавшей тогда у меня талии.

- Семен, уже по пояс! Дай обжаться! Ты уснул что ли?! – крикнул я, пытаясь удержать головой уже убегающую вверх кнопку воздушного клапана.

Прошло еще две – три секунды, и я увидел перед иллюминатором зеленую обскую воду. Клапан был уже слишком высоко. В тот момент мне казалось, что моя шея по длине уже не уступает стандартам, переданным нам через профиль знаменитой Нефертити. Тем не менее, я не мог дотянуться до спасительного клапана. Шипение и фоновый звон динамика не прекращались. Сердце колотилось с какой-то совсем невероятной частотой. Перед иллюминатором пузырилась полупрозрачная мутно-зеленая пелена.

И тут я заорал: «Бабка, …… ………. ……!!! Ты ……… …..….!!!!!!! Вира …….!»

Я тут же вспомнил и блистательно воспроизвел все многоэтажные словесные конструкции, которые встречались мне в течение четырех лет проживания в казарме и трех лет ежедневного пребывания в рабочей среде. Более того, я сам того не замечая, начал импровизировать. Причем, довольно складно и уверенно. Усиливая получившиеся выражения максимально громким фальцетом.

Видимо, услышав, наконец, родной язык, Бабка нажал другую кнопку. Беседка опять дрогнула и пошла вверх. Затем выползла из воды, шлем немного опустился, и я наконец то дотянулся головой до спасительного клапана. Ситуация вернулась в русло контроля, но мне больше не хотелось под воду. Более того, мне вдруг стало абсолютно безразлично осознавать, что кто-то вдруг может понять, что я чего-то боюсь.

Еще через несколько минут Валера свернул котелок с манишки, и ко мне вернулось пение птиц и гудение насосов.

- Что, Костик, собздел? – изрек улыбающийся золотым ртом седой раздолбай.

- Да не то слово! Бабка, тебе лечиться надо! Ты же меня чуть не утопил!

- Да ладно, не боись, Костик, все было под контролем! Так, заболтались немного с Валеркой. Хочешь, сейчас обратно котелок навинтим, и уже по всем правилам твой спуск отработаем, с обжимом, как полагается. По дну походишь…

- Нет уж, с меня хватит! Сами по дну ползайте, водомуты жабоподобные!

На этом, к счастью, и закончилась моя водолазная карьера, так, по сути, и не начавшись.

Нет, конечно, через какое то время в моей жизни, слава Богу, случилось несколько эпизодов дайвинга, принесших совершенно другие впечатления. Но это уже совсем другая история, не имеющая ничего общего с выбором жизненного ремесла.

Долгопрудный. Октябрь 2013.